Ющук Евгений Леонидович (yushchuk) wrote,
Ющук Евгений Леонидович
yushchuk

Categories:

Приехал с совещания у Губернатора Свердловской области по Нацпарку «Денежкин камень»

Рассказываю (именно про Национальный парк рассказываю, а про реки отдельным постом - здесь).

Вчера вечером мне поступило предложение принять участие в совещании – встрече Губернатора Свердловской области Евгения Куйвашева с общественником Сергеем Стуковым.
Совещание готовило Минприроды, совместно со Службой протокола Резиденции Губернатора.
Меня позвали как носителя информации с другой стороны баррикад – дабы знать мнения всех сторон.

В совещании также приняли участие директор заповедника «Денежкин камень» Анна Квашнина, директор по производству УГМК Григорий Рудой, представители Минприроды и Росприроднадзора.

Евгений Куйвашев предоставил слово Стукову - как автору обращения к Губернатору про реки и Нацпарк.

Первое, с чего начал Стуков – был вопрос не про нацпарк и речки, а: «Что здесь делает главный редактор издания Интермонитор Ющук, который нас, культурных общественников полтора года поливает помоями?», - цитата неточная, по памяти, но близко к тексту.

Я высказал предположение, что мне дадут возможность рассказать и показать, что именно они называют помоями, которыми я их поливаю.
Мне это подтвердил Губернатор, а также пояснил господину Стукову очевидное – что, собственно, надо выслушать все позиции.

Господин Стуков кратко изложил то, что, собственно, написано в его письме – что речки загажены УГМК, активисты борются с этим, а Ющук вот гнобит активистов. А также, что не надо нам никакого Нацпарка, идея это неправильная и заповедник – наше всё.
Думаю, что Стуков с Квашниной свою историю расскажут подробно, поэтому останавливаться на этом не стану.

Я попросил слово – рассказать альтернативную версию происходящего. Мне слово представили.

Я напомнил, что Стуков – настолько «культурный общественник», что ругается матом в соцсетях и мне пришлось общаться по этому поводу с его начальником – мэром города Берёзовского.

Затем я рассказал, что мы – редакция издания Интермонитор – вошли в ситуацию в октябре 2018 года, когда Анна Квашнина, сидевшая на пресс-конференции рядом с Рудым (почти как и сегодня) и соглашавшаяся с ним, вдруг через несколько часов резко изменила свою точку зрения на противоположную.
А я всегда «делаю стойку» на такие превращения – и начинаю искать причины. Так мы и стали смотреть, что же движет Квашниной.

Я рассказал, что история с реками началась, как нам удалось установить, в 2017 году – когда после самого крупного за последние 63 года паводка смыло в реки содержимое нескольких тысяч заброшенных отвалов и карьеров.
Я напомнил также, что наличие этих нескольких тысяч карьеров и отвалов (а также рудопроявлений) Квашниной подтверждали в официальном документе Минприроды.

Я сказал также о том, что главная позиция Квашниной, Стукова и их команды: «Вот, если бы УГМК признала свою вину – то всё было бы хорошо», - и высказал вопрос, оставшийся неотвеченным: «УГМК тратит на реконструкцию очистных сооружений 1 млрд. 200 млн. рублей – как ещё она должна что-либо признать, если она это уже тем самым сделала»?

Я сказал о том, что Квашнина последовательно, много лет, вместе со своим мужем – старшим государственным инспектором «Денежкиного камня» Возьмителем отрицает экологический туризм и вообще заявляла, что будет ему всеми силами препятствовать.

Я сказал о том, что заповедники и национальные парки России, по данным Минприроды, еще два года назад заработали 1 миллиард рублей внебюджетного финансирования (а затраты бюджета на них 6.5 млрд. руб. в год) и при этом Квашнина заработала в 2019 году 0 (ноль) рублей.
Более того, Квашнина обязана брать с экотуристов деньги – и при этом она продекларировала нулевой заработок и 13 (тринадцать) экотуристов. И не прояснила, где деньги с этих 13-ти человек.


Я рассказал о том, что «Денежкин камень» представляет собой, по сути, проходной двор, потому что видео из него ужасно. И спросил у Квашниной, сколько у неё инспекторов? Она ответила что 12 человек. И подтвердила что на 80 тыс. гектар территории.

Я спросил, какова зарплата инспектора? Она ответила, что по-разному. Наконец назвала максимальную: 20 тыс. руб.

Я сказал, что на 20 тыс. рублей нормального начальника Службы безопасности найти нереально абсолютно. А без него эффективной охраны быть не может в принципе.


Был также также затронут ещё один вопрос, непосредственно связанный с темой неспособности мизерного штата непрофессиональных (по сравнению с профессиональными безопасниками) инспекторов Анны Квашниной эффективно охранять заповедник.

Анна Евгеньевна заявила, что есть заповедники и нацпарки, где фиксируется больше нарушений, чем в "Денежкином камне". Она это говорила в контексте - что, мол, значит у неё всё хорошо.

Я возразил на это, что так бывает не только когда всё хорошо, но и когда просто не ловят нарушителей. Нет поимки - нет фиксации в документах - статистика хорошая. А двор при этом - проходной.
Возражений на мои доводы не последовало





Еще, в ходе беседы Губернатор сказал, что его ошибкой было не спросить мнение Квашниной как директора, назначенного государством. Впоследствии он еще раз возвращался к этому, сказав, что раз государство решило ее назначить директором - значит, есть основания так делать.

Я согласился с этим, но дополнил: возможна еще одна ситуация - когда Анна Евгеньевна, например, что-то скрыла от государства. Мы это покажем - и государство может изменить своё решение. На это возражений не было.


Кроме того, в процессе полемики Анна Квашнина пыталась рассказывать, как она вписана в проект «Великий уральский путь». Я уточнил: «Экошколой»?

Она замялась и сказала: «В том числе экошколой». Я напомнил ей, что она кроме экошколы в СМИ не называла в этом плане ничего и что ее экошкола закрыта после предостережения прокурора.

Госпожа Квашнина пыталась рассказывать, что Предостережение прокурора – значит она ничего не нарушила, а ей мол, сказали не нарушать. Я напомнил ей текст этого Предостережения – в нем написано, что экошкола Квашниной, хоть прямо и не записана как оказывающая образовательные услуги, но имеет признаки такого оказания образовательных услуг – именно поэтому, ей сказали не нарушать.
И спросил: почему после предостережения прокурора экошкола закрылась? Квашнина сказала в духе, что не закрылась, а не проводится. Мотив: «Это наше дело, почему».


Показал я также Губернатору и тот факт, что Закон предусматривает три зоны в Нацпарке:

- Полностью заповедную – туда никому и никак нельзя;

- Особо охраняемую – туда никому нельзя, но экотуристы, при условии соблюдения рассчитанной нагрузки, могут её посещать;

- Рекреационную – там, где кафе, гостиницы и прочий обычный отдых на природе. И я сказал, что в «Денежкином камне» рекреационную зону вполне можно «прирезать» извне – не нарушая имеющиеся территории.


Анна Квашнина рассказала, что в заповеднике есть совсем-совсем нетронутая территория и жалко ей терять. И вообще не только жалко, но недопустимо.

Я дополнил это тем, что там две разных по качеству территории.
Одна – действительно совсем нетронутая. Только вот, Анна Евгеньевна сама сообщила, то эта территория там нетронутая со времен Оледенения – т.е., до Квашниной и при Квашниной она такая. Это не заслуга Квашниной. Да, эту территорию надо сохранить и для этого надо охранять, но заслуги Квашниной в этом нет.

А вторая территория – бывший туристический маршрут Всесоюзного значения, на который повесили в 90-е таблички, что теперь это заповедник. Люди туда как ходили – так и ходят. Только нелегально. А ловить их все равно некому, по сути.


Григорий Рудой сказал, что он лично тоже ходил на «Денежкин», в обход запрета. Стуков сказал Квашниной: «5 тысяч». Квашнина отмахнулась от Стукова при этом – что логично.

Квашнина заявила Губернатору, что в Североуральске народ высказывается против Нацпарка. Я возразил, что есть в Североуральске и противоположное мнение -  за Нацпарк. Губернатор сказал, что разные мнения - это совершенно нормально.


Стуков попытался протащить версию: «Пусть гуляют по Главному Уральскому хребту и перевалу Дятлова, а ещё есть Кумба».
Я возразил на это, что за рубежом есть экотуристы, у которых проблема – как в анекдоте, где у турфирмы спросили: «А другого глобуса у вас нет»? Потому что эти люди проехали практически всё, что можно – но им надо именно заповедники и Нацпарки. Им не надо перевал Дятлова.

Я сказал также, что связался с турфирмами в США и ЮАР, которые делают туры по Нацпаркам и спросил, нужны ли их клиентам экотуры в российские Нацпарки и готовы ли эти фирмы за такую работу?
Мне ответили – да, нужны и да, готовы.

Таким образом, Минспорта (или кто у нас за туризм отвечает?) нужно подключиться, вместе с турфирмами и делать поток в «Денежкин», используя разработанную Рафилёй Бакировой из Оренбургского заповедника «фишку»: «Покоритель старейших гор планеты».
Старейшие горы планеты (почти ровесники планеты Земля) - достаточная редкость, эксклюзив чтобы на него поехали в том числе из-за рубежа.

Я сказал также о том, что считаю категорически недопустимыми спекуляции Стукова что, якобы, в Нацпарках природа нетронутой не сохраняется – т.к. это противоречит Федеральному закону.
И сообщил, что был вынужден на рабочую почту Стукова направить выдержку из закона и предупредить его, что если он не прекратит распространять панические, недостоверные слухи, то я буду привлекать его к ответственности по Закону о «Фейковых новостях».

Затем со своим предложением выступил, выслушав всех, руководитель отдела ООПТ Росприроднадзора Яковлев, сидевший рядом со мной.

В его позиции произошла важная метаморфоза: он более не говорил, что никому-никому нельзя в заповедник. Думаю, это изменение его позиции, по сравнению с распространенной сторонниками Квашниной цитатой «Федерал Пресс», связано с моей с ним телефонной беседой по итогу этой цитаты.
Похоже, он от меня тогда впервые узнал, что Федеральный закон допускает посещение заповедника с целью не только научного, но и познавательного (экологического) туризма.

Так вот, господин Яковлев сказал, что предлагает рассмотреть такой вариант: оставить «Денежкин» заповедником, но «прирезать к нему» охранную зону, которую, по сути, использовать как рекреационную в Нацпарке.

А также – ВАЖНО – что раз уж нужно ходить с экотуристами в заповедник – их можно прицепить к научным группам. Пусть ходят вместе.

Т.е., по сути, он предложил сделать Нацпарк с экотуризмом, но не меняя статуса «Денежкиного камня».

Эта идея была воспринята всеми более-менее неплохо, но у меня возник вопрос.

Дело в том, что и сама Квашнина признала, что Нацпарки обязаны заниматься экотуризмом, а заповедники могут им заниматься (а могут, вроде как, и не заниматься).
Соответственно, в Нацпарке директор – независимо от фамилии – будет обязан развивать экотуризм. А как заставить директора заповедника с «прирезанной» охранной (рекреационной) зоной его развивать?

Губернатор сказал, что это будет прописано в Соглашении – если мы пойдем по этому пути.

Квашнина также пыталась сказать, что никто из присутствующих на встрече, не вправе решать - будет в «Денежкином камне» заповедник, или же нацпарк. И вообще, нет процедуры перевода (либретто «Губернатор превысил свои полномочия», любимое тусовкой Квашниной она не стала озвучивать).

Тут Евгений Куйвашев сообщил Анне Евгеньевне, что он обладает правом законодательной инициативы.
Квашнина «напомнила» Губернатору, что это надо на федеральном уровне инициативу делать. И узнала, что, вообще-то, Губернатор имеет право законодательной инициативы и на федеральном уровне.


В итоге, решение пока Губернатор озвучил примерно такое:

1. Туризм на Севере области будет развиваться однозначно. Область будет помогать в создании инфраструктуры «до заповедника/нацпарка», поможет с «прирезанием» территории для рекреации, если надо.
Но туризм нужен, потому что это развитие бизнеса и это несырьевая экономика.

2. Минприроды, совместно с Квашниной, займется планированием маршрутов экотуризма в «Денежкином»

Я, кстати, рассказал (укрупнённо), что у Рафили Бакировой под маршрут выбрана самая вытоптанная ранее часть заповедника – люди идут по тропе, смотрят природу, смотрят лошадку Пржевальского – и выходят в магазин сувениров.


3. Создаётся рабочая группа, в которую войдут присутствующие на совещании – она будет смотреть, что в итоге получается. Анна Квашнина высказала мысль, что надо бы не только турфирмы спрашивать по поводу возможных маршрутов, но и местных, североуральских туристов. С ней согласились все присутствующие.

Когда будут вырисовываться контуры этого экотуризма – будут думать, как это лучше оформлять. Думать будут вместе с Министерством юстиции – чтобы законность была соблюдена.


ИТОГО

На мой взгляд, ситуация развивается неплохо.

Потому что, уже чётко сказано, что туризм и экотуризм будут развиваться.

Потому что, единственный человек, наделённый властными полномочиями, который ранее, вопреки написанному в законе, говорил, что в заповедник совсем-совсем нельзя - изменил свою позицию и стал искать варианты, как сделать экотуризм именно в заповеднике.

Потому что, Губернатор мыслил категориями «развитие региона» и «прибыль для заповедника».

Потому что Анна Квашнина соглашалась со всем вышесказанным.

И потому что, на вопрос: «Как в не нацпарка, а в рамках заповедника с функционалом зон нацпарка обязать директора развивать экотуризм?», - Губернатор Евгений Куйвашев сказал, что это можно обеспечить, прописав в Соглашении официально.

Ну и отмечу, что пока не порисуется контур, гарантирующий развитие экотуризма, при сохранении природы, тема Национального парка с повестки дня не снята.
Сейчас либо станет понятно, что и в формате заповедника «Денежкин камень» сможет реально развивать туристический кластер, либо станет понятно, что формат Нацпарка – единственно правильный.

В общем, окончательное решение будет, когда прорисуют, вместе с Минприроды, контуры маршрутов, но пока рабочая версия - воспроизвести полностью функционал Нацпарка в рамках заповедника, но прописать обязанность директора развивать экотуризм.
Потому что, развитие туризма - приоритет в работе по развитию Свердловской области.

Но, так или иначе, процесс начался.


Далее наблюдаем за развитием событий.


СПРАВКА
Документы, которые я показал Губернатору:



Последовательная, многолетняя позиция Анны Квашниной и её мужа-подчинённого Возьмителя по отрицанию экотуризма, и обещание противодействовать ему:











Выдержка из Федерального закона, который говорит, что в Национальном парке природа охраняется неприкосновенной, а также то в заповеднике экотуризм возможн (на платной основе):





Дружеские отношения Стукова и Квашниной, и посещения Стуковым заповедника (в который, якобы, никому нельзя):



Tags: Национальный парк Денежкин камень, Совещание у Губернатора Куйвашева, Туристический кластер, Экотуризм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments