Как спокойно сдать ЕГЭ и поступить в топовый столичный вуз: взгляд репетитора со стажем. Часть 2
Это продолжение. Начало - в Первой части
-- Почему же родители так сопротивляются? Или это был единичный случай?
— В историях с «двоечниками» есть опасный момент: многие родители думают по старому, еще советскому шаблону: да мой сын или дочь просто ленится. На самом же деле, как только захотелось выдать что-то подобное в адрес собственного ребенка, стоит сесть и крепко задуматься. Это не случается просто так.
Каким-то же образом ребенок пришел к тому, что у него «двойка» по родному языку, который окружает его с самого рождения? Что происходит в семье? Каково ментальное и физическое здоровье самого ребенка? Это не такие уж редкие случаи — когда родители наглухо отрицают очевидное, не хотят признавать проблемы и предпочитают от них отмахнуться. Даже был случай, когда мама сказала мне: «Ой, да нам ставили дислексию, но я не верю в эту чушь!».
Так что «двоечник» — это в принципе не к репетитору. А вот «тройки», действительно, могут появиться на совершенно разной почве: тут и не сложившиеся отношения с учителем, и запущенная недоученность, и подростковый протест в духе «отстаньте все от меня», и много других причин.
-- Ну, может же быть так, что ребенок гениален в математике или химии, а пишет с ошибками и впадает в тоску от классической литературы?
— Конечно, может. Но есть пара важных «но». Обязательные федеральные экзамены, которые сдают все поголовно, — это математика и русский. И то, кстати, в этом году математику — базовый уровень — гуманитариям разрешили не сдавать. Профильную математику сдают только те, кто собирается поступать на технические специальности в вузы. А русский язык является государственным и потому экзамен — обязателен для всех. Сдавать его придется все равно, при любых диагнозах и внешних обстоятельствах. И это нормально. У меня есть старая шутка: если даже завтра инопланетяне высадятся, экзамен по русскому дети будут сдавать, ибо потому что.
Частенько бывает, что дети, которые учатся в профильных естественно-научных, физмат- или, допустим, кадетских классах, на русский откровенно забивают, потому что и в школе этот предмет спустя рукава преподают. Это, к сожалению, очень распространенная история.
И это печально, потому что современная коммуникация — почти вся письменная, присмотритесь. Конечно, есть и «ТикТок», и прочие форматы. Но уже давно считается, что писать неграмотно, коряво — как-то стремно и детям, и взрослым. Ко мне даже обращались с просьбами научить интересно и грамотно писать в соцсетях.
-- Нарочито безграмотный язык не популярен?
— И не был в массах. Я в свое время даже научное исследование писала по олбанскому языку, коммуникации в интернете и языковым играм. Но это была мода, и ее время ушло.
Современные подростки в лучшем случае в курсе, что во времена молодости мамы в ходу была шутка «Превед медвед». Но чаще — нет, ничего про это не слышали. Хотя какие-то вещи с тех пор в разговорном языке даже закрепились, это не пространство подростков, у них своя идентификация «свой-чужой», свои словечки. У каждого нового поколения свой языковой код, свой сленг, свои шутки.
Эти тренды не живут долго, говоря языком моды. У подростков есть и свои типичные ошибки в духе «я слышал то что завтра собрание», но это не приводит ни к какой «моде на безграмотность».
-- Как пандемия отразилась на обучении? Легко было совсем уйти на дистант?
— На самом деле у меня всегда были дети, которые занимались удаленно, в том числе и из регионов. Так что какие-то подвижки в этом плане начались уже довольно давно: люди знают про скайп, зум и все прочее, это очень удобно. До пандемии онлайн у меня училось 75-80% учеников, сейчас — все 100%. Вот и вся разница. Пандемия просто резко заставила сделать то, к чему и так дело шло. Год назад я отправила всех на полный дистант за неделю до его повсеместного объявления — уже было понятно, к чему все идет.
Я скучаю по живому общению с детьми, но и огромный плюс тоже есть: в этом году у меня география раскинулась от Нижнего Новгорода до Израиля и Афин, такого никогда еще не было, у меня дух захватывает до сих пор. Есть немало наших экспатов за рубежом, чьи дети учатся в специализированных русских школах, но экзамен будут сдавать в России, чтобы получить диплом о среднем образовании. Есть дети-билингвы, это вообще отдельный разговор. Так что, как говорится, от Москвы до самых до окраин. Раньше это было у меня штучно, сейчас — массово.
-- Какие плюсы и минусы в целом есть у дистанта?
— Пандемия всех выгнала в онлайн резко, одним днем. Многие испытали дичайший стресс, но при этом получили волшебный пендель, чтобы быстрее понять, как это работает и сколько замечательных возможностей открывает. Например, оказывается, сидя в Нижнем Новгороде или Челябинске, можно заниматься с московским преподавателем, а планировать поступать вообще в зарубежный вуз.
Это тоже, кстати, уже неудивительная история — в этом году впервые у меня так много детей, которые думают учиться не в России! Прежде всего это США, Германия, Австрия, близкая нам по менталитету и славянскому языку Чехия, чуть реже — Италия и Испания. Есть система удаленных экзаменов, и уже к окончанию школы дети будут знать ответ: поступили они туда или нет. Мир стал более открытым, несмотря на закрытые границы. Вот такой парадокс.
Придет день, и границы снова откроются. Или будет придумано полноценное дистанционное обучение. Или все вместе. Это, конечно, особенность нашего времени — еще десять лет назад я себе и представить такого не могла. И в регионах люди по-другому на это смотрели: казалось, например, что московские преподаватели и столичные вузы, а тем более заграница — это где-то очень далеко, почти в космосе, недоступно и сложно. Сейчас это не так.
-- А в пределах страны какие вузы в лидерах?
— Наша страна столицецентрична — и так всегда было. Когда был Петербург столицей, все остальное считалось провинцией, и Москва в том числе. Вот и сейчас: столица — Москва, и дети стремятся поступить в Москву, в крайнем случае — в Питер, все остальное по остаточному принципу рассеивается. Держатся еще как-то на приличном уровне Томск и Новосибирск. И выпускники с Урала скорее будут стремиться поступить туда, чем в местные вузы.
В той же Челябинской области есть Снежинск, Озерск и еще ряд городов, которые в свое время были созданы как мозговые центры. Но и оттуда молодежь пачками уезжает не в Челябинск, а в московские и питерские вузы, а потом и за границу. Чтобы уже никогда не вернуться. Из класса моего мужа, который родом из Снежинска, уехали абсолютно все. И, насколько я знаю, если и не половина, то близко к тому, сейчас вообще живет за границей, в разных странах, на разных континентах, причем те, кто пошел по технической стезе, — преимущественно в США.
Вот и получается, что ядерный центр от американского шпионажа закрыт так, что даже я, гражданка страны, сталкиваюсь с большими сложностями, чтобы получить пропуск в закрытый город и навестить родственников, а кадры утекают не просто во внешний мир, а, так сказать, прямиком к главному стратегическому противнику. Так и живем.
Причем, кстати, что интересно: если смотреть на предпочтения абитуриентов из регионов, то сразу заметно четкое распределение: от Урала в Сибирь и дальше, на север — это однозначно в Петербург, а Центральные регионы и Юг стремятся в Москву. Не знаю, в чем тут дело и где ключ к разгадке, возможно, это какие-то отголоски чего-то еще со времен советского распределения.
-- Подозреваю, что школьным учителям, которые не привыкли к дистанционному обучению, было гораздо труднее перестроиться?
— Школьное обучение — это все-таки вообще другой разговор, я могу смотреть на школу только со стороны. И там уход на дистанционку действительно высветил много минусов, которые не перекрыты плюсами. Школа однозначно нужна живая. При этом все-таки хотелось бы, чтобы дети, которые нормально учатся, но не хотят ходить в школу каждый день, могли этого не делать и выбрать альтернативу. И чтобы это не вызывало возмущение из разряда «хипстеры-родители, дети цветов с головой в облаках, решили спрятать ребенка от внешнего мира, мешают его нормальной социализации». Я немного утрирую, но таких высказываний и правда очень много! Битвы pro et contra хоумскулинга — едва ли самые кровавые из родительских битв.
-- А в этом есть рациональное зерно?
— В моей практике было немало детей, которые находились на домашнем обучении, кто — в силу здоровья, кто — особенностей психики. Например, тяжело было ребенку в школьном коллективе, он постоянно там стрессовал и всего на свете боялся, а дома просыпался и первым делом бежал учиться, ему это нравилось. Что же тогда плохого в том, чтобы лишний стресс убрать?
Существует ведь огромное количество способов социализироваться вне стен школы, тем более, что нередко то, что выдается за социализацию в школе, часто оборачивается травматичным опытом и буллингом.
Но при этом есть масса обратных историй: например, дома есть шумные младшие дети, которые мешают учиться старшим, да и просто надоедают. Есть и совсем другая сторона — когда школа забирает ребенка из неблагоприятной среды, буквально спасает, вытаскивает из не слишком радостных жизненных обстоятельств. Не так уж мало случаев, когда ребенок в школе хотя бы накормлен, обучен и не бит. Звучит дико? Но это статистика, и не только в России – это касается даже развитых стран. И это проблему ярко высветила тоже пандемия.
-- Но ведь и проблемы с дисциплиной? Ведь многие родители сами признаются в соцсетях, что их дети спят на уроках или смотрят ютуб параллельно.
— Пандемия заставила резко изменить привычный образ жизни. Но на самом деле ничего сверхстрашного нет. Проблемы с дисциплиной, конечно, возникают.
Но будем честны: далеко не все учителя справились с тем, чтобы сделать онлайн-уроки хоть сколько-нибудь интересными, да и в классе у них тоскливо. А когда это восемь утра, и ты еще в пижаме, соблазн сфилонить очень силен.
Положа руку на сердце, скажите себе: вот вы бы встали, например, на математику, которую на дух не выносите, к восьми утра? Или на скучную литературу, которая вообще не входит в вашу сферу интересов? Мне проще сочувствовать в данной ситуации детям, но я и не школьный учитель, у меня нет обязательной программы, отчетности и прочих «радостей».
Да, увлеченно рассказывать что-то перед рядом черных окошек в зуме — странно и поначалу раздражает. Постепенно, конечно, начинаешь относиться ко всему с юмором и философски, а кое-что и превращается в забавные байки: при включенном видео у кого-то бабушка посреди урока пирожок принесла, у кого-то кошка на колени вспрыгнула, у кого-то младший брат с воплями прибежал. В такие моменты думаешь: уж лучше пусть будет черный квадратик. Но и у меня самой котик стал приходить в экране посидеть, но не ко всем, и это некоторых огорчает. Я иногда пощу у себя в сториз скриншоты экрана нас с котом, как мы с недовольными лицами слушаем моих учеников — это всегда имеет успех.
К слову: когда московских школьников наконец-то выпустили с карантина, были как те, кто написал заявление о переходе на дистанционное обучение, так и те, кто радостно побежал в школу с криками: «Боже, наконец-то мама над душой стоять не будет!».
https://chel.dk.ru/news/237149909
-- Почему же родители так сопротивляются? Или это был единичный случай?
— В историях с «двоечниками» есть опасный момент: многие родители думают по старому, еще советскому шаблону: да мой сын или дочь просто ленится. На самом же деле, как только захотелось выдать что-то подобное в адрес собственного ребенка, стоит сесть и крепко задуматься. Это не случается просто так.
Каким-то же образом ребенок пришел к тому, что у него «двойка» по родному языку, который окружает его с самого рождения? Что происходит в семье? Каково ментальное и физическое здоровье самого ребенка? Это не такие уж редкие случаи — когда родители наглухо отрицают очевидное, не хотят признавать проблемы и предпочитают от них отмахнуться. Даже был случай, когда мама сказала мне: «Ой, да нам ставили дислексию, но я не верю в эту чушь!».
Так что «двоечник» — это в принципе не к репетитору. А вот «тройки», действительно, могут появиться на совершенно разной почве: тут и не сложившиеся отношения с учителем, и запущенная недоученность, и подростковый протест в духе «отстаньте все от меня», и много других причин.
-- Ну, может же быть так, что ребенок гениален в математике или химии, а пишет с ошибками и впадает в тоску от классической литературы?
— Конечно, может. Но есть пара важных «но». Обязательные федеральные экзамены, которые сдают все поголовно, — это математика и русский. И то, кстати, в этом году математику — базовый уровень — гуманитариям разрешили не сдавать. Профильную математику сдают только те, кто собирается поступать на технические специальности в вузы. А русский язык является государственным и потому экзамен — обязателен для всех. Сдавать его придется все равно, при любых диагнозах и внешних обстоятельствах. И это нормально. У меня есть старая шутка: если даже завтра инопланетяне высадятся, экзамен по русскому дети будут сдавать, ибо потому что.
Частенько бывает, что дети, которые учатся в профильных естественно-научных, физмат- или, допустим, кадетских классах, на русский откровенно забивают, потому что и в школе этот предмет спустя рукава преподают. Это, к сожалению, очень распространенная история.
И это печально, потому что современная коммуникация — почти вся письменная, присмотритесь. Конечно, есть и «ТикТок», и прочие форматы. Но уже давно считается, что писать неграмотно, коряво — как-то стремно и детям, и взрослым. Ко мне даже обращались с просьбами научить интересно и грамотно писать в соцсетях.
-- Нарочито безграмотный язык не популярен?
— И не был в массах. Я в свое время даже научное исследование писала по олбанскому языку, коммуникации в интернете и языковым играм. Но это была мода, и ее время ушло.
Современные подростки в лучшем случае в курсе, что во времена молодости мамы в ходу была шутка «Превед медвед». Но чаще — нет, ничего про это не слышали. Хотя какие-то вещи с тех пор в разговорном языке даже закрепились, это не пространство подростков, у них своя идентификация «свой-чужой», свои словечки. У каждого нового поколения свой языковой код, свой сленг, свои шутки.
Эти тренды не живут долго, говоря языком моды. У подростков есть и свои типичные ошибки в духе «я слышал то что завтра собрание», но это не приводит ни к какой «моде на безграмотность».
-- Как пандемия отразилась на обучении? Легко было совсем уйти на дистант?
— На самом деле у меня всегда были дети, которые занимались удаленно, в том числе и из регионов. Так что какие-то подвижки в этом плане начались уже довольно давно: люди знают про скайп, зум и все прочее, это очень удобно. До пандемии онлайн у меня училось 75-80% учеников, сейчас — все 100%. Вот и вся разница. Пандемия просто резко заставила сделать то, к чему и так дело шло. Год назад я отправила всех на полный дистант за неделю до его повсеместного объявления — уже было понятно, к чему все идет.
Я скучаю по живому общению с детьми, но и огромный плюс тоже есть: в этом году у меня география раскинулась от Нижнего Новгорода до Израиля и Афин, такого никогда еще не было, у меня дух захватывает до сих пор. Есть немало наших экспатов за рубежом, чьи дети учатся в специализированных русских школах, но экзамен будут сдавать в России, чтобы получить диплом о среднем образовании. Есть дети-билингвы, это вообще отдельный разговор. Так что, как говорится, от Москвы до самых до окраин. Раньше это было у меня штучно, сейчас — массово.
-- Какие плюсы и минусы в целом есть у дистанта?
— Пандемия всех выгнала в онлайн резко, одним днем. Многие испытали дичайший стресс, но при этом получили волшебный пендель, чтобы быстрее понять, как это работает и сколько замечательных возможностей открывает. Например, оказывается, сидя в Нижнем Новгороде или Челябинске, можно заниматься с московским преподавателем, а планировать поступать вообще в зарубежный вуз.
Это тоже, кстати, уже неудивительная история — в этом году впервые у меня так много детей, которые думают учиться не в России! Прежде всего это США, Германия, Австрия, близкая нам по менталитету и славянскому языку Чехия, чуть реже — Италия и Испания. Есть система удаленных экзаменов, и уже к окончанию школы дети будут знать ответ: поступили они туда или нет. Мир стал более открытым, несмотря на закрытые границы. Вот такой парадокс.
Придет день, и границы снова откроются. Или будет придумано полноценное дистанционное обучение. Или все вместе. Это, конечно, особенность нашего времени — еще десять лет назад я себе и представить такого не могла. И в регионах люди по-другому на это смотрели: казалось, например, что московские преподаватели и столичные вузы, а тем более заграница — это где-то очень далеко, почти в космосе, недоступно и сложно. Сейчас это не так.
-- А в пределах страны какие вузы в лидерах?
— Наша страна столицецентрична — и так всегда было. Когда был Петербург столицей, все остальное считалось провинцией, и Москва в том числе. Вот и сейчас: столица — Москва, и дети стремятся поступить в Москву, в крайнем случае — в Питер, все остальное по остаточному принципу рассеивается. Держатся еще как-то на приличном уровне Томск и Новосибирск. И выпускники с Урала скорее будут стремиться поступить туда, чем в местные вузы.
В той же Челябинской области есть Снежинск, Озерск и еще ряд городов, которые в свое время были созданы как мозговые центры. Но и оттуда молодежь пачками уезжает не в Челябинск, а в московские и питерские вузы, а потом и за границу. Чтобы уже никогда не вернуться. Из класса моего мужа, который родом из Снежинска, уехали абсолютно все. И, насколько я знаю, если и не половина, то близко к тому, сейчас вообще живет за границей, в разных странах, на разных континентах, причем те, кто пошел по технической стезе, — преимущественно в США.
Вот и получается, что ядерный центр от американского шпионажа закрыт так, что даже я, гражданка страны, сталкиваюсь с большими сложностями, чтобы получить пропуск в закрытый город и навестить родственников, а кадры утекают не просто во внешний мир, а, так сказать, прямиком к главному стратегическому противнику. Так и живем.
Причем, кстати, что интересно: если смотреть на предпочтения абитуриентов из регионов, то сразу заметно четкое распределение: от Урала в Сибирь и дальше, на север — это однозначно в Петербург, а Центральные регионы и Юг стремятся в Москву. Не знаю, в чем тут дело и где ключ к разгадке, возможно, это какие-то отголоски чего-то еще со времен советского распределения.
-- Подозреваю, что школьным учителям, которые не привыкли к дистанционному обучению, было гораздо труднее перестроиться?
— Школьное обучение — это все-таки вообще другой разговор, я могу смотреть на школу только со стороны. И там уход на дистанционку действительно высветил много минусов, которые не перекрыты плюсами. Школа однозначно нужна живая. При этом все-таки хотелось бы, чтобы дети, которые нормально учатся, но не хотят ходить в школу каждый день, могли этого не делать и выбрать альтернативу. И чтобы это не вызывало возмущение из разряда «хипстеры-родители, дети цветов с головой в облаках, решили спрятать ребенка от внешнего мира, мешают его нормальной социализации». Я немного утрирую, но таких высказываний и правда очень много! Битвы pro et contra хоумскулинга — едва ли самые кровавые из родительских битв.
-- А в этом есть рациональное зерно?
— В моей практике было немало детей, которые находились на домашнем обучении, кто — в силу здоровья, кто — особенностей психики. Например, тяжело было ребенку в школьном коллективе, он постоянно там стрессовал и всего на свете боялся, а дома просыпался и первым делом бежал учиться, ему это нравилось. Что же тогда плохого в том, чтобы лишний стресс убрать?
Существует ведь огромное количество способов социализироваться вне стен школы, тем более, что нередко то, что выдается за социализацию в школе, часто оборачивается травматичным опытом и буллингом.
Но при этом есть масса обратных историй: например, дома есть шумные младшие дети, которые мешают учиться старшим, да и просто надоедают. Есть и совсем другая сторона — когда школа забирает ребенка из неблагоприятной среды, буквально спасает, вытаскивает из не слишком радостных жизненных обстоятельств. Не так уж мало случаев, когда ребенок в школе хотя бы накормлен, обучен и не бит. Звучит дико? Но это статистика, и не только в России – это касается даже развитых стран. И это проблему ярко высветила тоже пандемия.
-- Но ведь и проблемы с дисциплиной? Ведь многие родители сами признаются в соцсетях, что их дети спят на уроках или смотрят ютуб параллельно.
— Пандемия заставила резко изменить привычный образ жизни. Но на самом деле ничего сверхстрашного нет. Проблемы с дисциплиной, конечно, возникают.
Но будем честны: далеко не все учителя справились с тем, чтобы сделать онлайн-уроки хоть сколько-нибудь интересными, да и в классе у них тоскливо. А когда это восемь утра, и ты еще в пижаме, соблазн сфилонить очень силен.
Положа руку на сердце, скажите себе: вот вы бы встали, например, на математику, которую на дух не выносите, к восьми утра? Или на скучную литературу, которая вообще не входит в вашу сферу интересов? Мне проще сочувствовать в данной ситуации детям, но я и не школьный учитель, у меня нет обязательной программы, отчетности и прочих «радостей».
Да, увлеченно рассказывать что-то перед рядом черных окошек в зуме — странно и поначалу раздражает. Постепенно, конечно, начинаешь относиться ко всему с юмором и философски, а кое-что и превращается в забавные байки: при включенном видео у кого-то бабушка посреди урока пирожок принесла, у кого-то кошка на колени вспрыгнула, у кого-то младший брат с воплями прибежал. В такие моменты думаешь: уж лучше пусть будет черный квадратик. Но и у меня самой котик стал приходить в экране посидеть, но не ко всем, и это некоторых огорчает. Я иногда пощу у себя в сториз скриншоты экрана нас с котом, как мы с недовольными лицами слушаем моих учеников — это всегда имеет успех.
К слову: когда московских школьников наконец-то выпустили с карантина, были как те, кто написал заявление о переходе на дистанционное обучение, так и те, кто радостно побежал в школу с криками: «Боже, наконец-то мама над душой стоять не будет!».
https://chel.dk.ru/news/237149909