May 1st, 2020

Ющук Евгений Леонидович

Скоро лишь идиоты, типа малограмотного прапорщика из Североуральска, будут отрицать карантинные меры

По-моему, скоро только идиоты, вроде малограмотного прапорщика из Североуральска, будут полагать, что карантинные мероприятия не нужны.
Вон, даже при их наличии временные госпитали развертывать приходится.


Цитата:

В Москве начали строительство временных госпиталей для больных COVID-19

Готовятся еще 44 площадки для развертывания временных госпиталей на 10 тысяч коек для долечивания больных коронавирусом, когда они уже пойдут на поправку

В Москве приступили к строительству временных госпиталей для больных новой коронавирусной инфекцией. Об этом сообщает «Интерфакс», ссылаясь на интервью заммэра столицы по вопросам ЖКХ и благоустройства Петра Бирюкова «Российской газете».

Временные госпитали подготовят на ВДНХ, в Крылатском, в Сокольниках, в торговом центре «Москва».

По словам Бирюкова, готовятся еще 44 площадки для развертывания временных госпиталей на 10 тысяч коек для долечивания больных коронавирусом, когда они уже пойдут на поправку, отмечает ТАСС.

«Эти 44 комплекса быстровозводимого типа, мы под них готовим площадки, к ним протаскиваем воду ― холодную и горячую, протаскиваем отопление, прокладываем электрические кабели, обеспечиваем электроэнергией, занимаемся прокладкой кислородных магистралей и устройства кислорода, осуществляя технический контроль. Вместе со строителями, представителями других подразделений эта работа выполняется: подъезды, дороги, обустройство вокруг, это все делают работники комплекса городского хозяйства», ― сказал Бирюков в этом же интервью.

По словам Бирюкова, такие площадки готовятся в течение двух-трех дней. «Они будут из панелей, достаточно комфортные, с теплом, освещением. Когда отпадет нужда, их можно демонтировать, использовать в других целях: располагать в них общежития, выставочные помещения или спортивные комплексы для занятия различными видами спорта. То есть они многопрофильные комплексы, которые могут быть потом использованы в городской жизни», ― уточнил заммэра.

Кроме временных госпиталей власти Москвы готовят койки для заразившихся коронавирусом в 12 московских и 23 федеральных больницах. К концу апреля удалось отремонтировать примерно 12 тысяч коек. На этих работах задействованы около восьми тысяч ремонтников городского хозяйства Москвы.

По словам вице-мэра, еще в 19 больницах города идут ремонтные работы под прием инфицированных.

В пятницу в Москве умерли 47 человек, зараженных коронавирусом, напоминает «Интерфакс».

https://www.bfm.ru/news/442699
Ющук Евгений Леонидович

Политика волков и масок: как Китай защищает свою репутацию в кризис

Пекин не оставляет без ответа обвинения США и их союзников в том, что упустил начало пандемии. От исхода этой PR-войны во многом зависит отношение к Китаю после кризиса.

Один из частых сюжетов голливудского кино — объединение человечества перед лицом внезапной общей опасности. В теории пандемия коронавируса могла укрепить отношения двух ведущих держав современности — США и КНР. Но вместо этого вирус привел их к еще большему обострению соперничества. В то время как многие страны мира ужесточают карантин, Китай говорит о победе над вирусом. Теперь Пекин готовится к следующей войне. Международное сообщество во главе с США требует от КНР рассказать всю правду о происхождении вируса SARS-CoV-2, а также хочет заставить Китай компенсировать другим странам ущерб от того, что китайские власти якобы скрывали информацию в самом начале эпидемии.

От торговой войны к вирусной

Пандемия уже ухудшила отношения американцев и китайцев друг к другу. Согласно свежему соцопросу Pew Research Center, 66% американцев относятся к Китаю негативно — это худший показатель с начала проведения опроса в 2005 году. Во многом такая ситуация сложилась благодаря поведению президента США Дональда Трампа.

Отношения с Китаем окончательно стали главным внешнеполитическим сюжетом американской избирательной кампании в тот момент, когда США обогнали весь мир по количеству зараженных и погибших от COVID-19. Еще недавно казавшееся гарантированным переизбрание Трампа теперь под вопросом: в некоторых штатах кандидат от демократов Джо Байден уже популярнее действующего президента. Угроза проиграть выборы заставила Трампа вновь использовать проверенный во время кампании 2016 года метод — все беды Америки валить на Китай.

В январе и феврале Трамп еще хвалил председателя КНР Си Цзиньпина за «прозрачность» в сотрудничестве с США по вопросу эпидемии и вообще выражал Пекину публичную поддержку. На тот момент подписанная в январе сделка, которой увенчалась торговая война двух крупнейших экономик, казалась команде Трампа главным политическим активом в президентской гонке. Однако администрация явно недооценила опасность коронавируса, полагая, что ограничения авиасообщения с Китаем достаточно для решения проблемы.

Чем хуже становилась эпидемиологическая ситуация в США, тем жестче Трамп обвинял в этом Пекин. К концу марта США вышли на первое место по числу зараженных, а президент окончательно сменил тон. Двумя столпами его выступлений стали антикитайская риторика и критика Байдена за мягкотелость в отношении Пекина. Хотя ВОЗ объявила COVID-19 официальным названием болезни, президент и его администрация сознательно продолжали называть вирус «уханьским» и «китайским».

Демократы в ответ также сделали особую ставку на критику китайской политики Трампа. «Китайский вопрос» был одной из редких тем, по которым обе партии находили общий язык и до пандемии. Этот консенсус сохраняется, а разногласия сейчас заключаются лишь в том, кто именно, Трамп или Байден, сможет эффективнее надавить на Китай.

К обвинениям США присоединились и другие страны: Германия, Австралия, Великобритания, Франция. От Пекина требуют большей прозрачности во внутреннем расследовании о происхождении вируса либо разрешения провести независимое международное расследование. Дальше всех в обвинениях пошел американский штат Миссури, генпрокурор которого подал иск к властям Китая из-за пандемии.

Дипломатия волков и масок

Китай занял выжидательную позицию. Внешнеполитический блок КНР не сформировал единой линии в ответ на обвинения. В действиях китайской дипломатии и пропаганды пока что наметилось два подхода.

С одной стороны, поведение Пекина на внешней арене становится все более самоуверенным и напористым, отражая и взгляды Си Цзиньпина как верховного лидера, и все больший крен общества и части элиты в агрессивный национализм. С другой стороны, Пекин пытается действовать осторожно, чтобы не испортить отношений с Трампом и американским истеблишментом, включая демократов, которые вполне могут осенью завоевать Белый дом.

Сторонники дипломатии волков настаивают на переходе в решительное международное наступление. Их лицом стал официальный представитель МИД КНР Чжао Лицзянь, а главным инструментом — Twitter. Чжао — один из пионеров китайской «твипломатии»: он завел аккаунт в заблокированной в Китае соцсети еще в 2010-м, когда это не было массовым явлением среди китайских дипломатов.

Чжао Лицзянь и его сторонники продвигают три основные идеи. Первая: Китай купил для всего человечества «бесценное время» для борьбы с вирусом, но не все им правильно воспользовались. Вторая: пандемия показала, кто настоящий мировой лидер, а кто — нет. В то время как Китай посылает гуманитарную помощь нуждающимся, США не смогут взять под контроль эпидемию даже у себя, поэтому сначала им «следует привести в порядок свои дела». Третье направление агрессивной дипломатии — попытка снять с Китая ответственность. Тут в ход идут и конспирологические теории о том, что вирус в Ухань еще осенью прошлого года якобы завезли американские военные.

Все эти тезисы китайская машина пропаганды изобрела прежде всего для внутреннего потребления, чтобы отвлечь внимание общества от сокрытия информации в первые недели эпидемии и истории погибшего врача Ли Вэньляна. В рамках этой логики ведущий китайский эпидемиолог Чжун Наньшань, который сыграл важную роль в борьбе с эпидемией атипичной пневмонии в 2003 году, усомнился в происхождении вируса: «Хотя COVID-19 был впервые обнаружен в Китае, это не значит, что он произошел из Китая».

Сторонники прагматичной внешней политики сдержанны. Ее главным лицом стал посол Китая в США Цуй Тянькай, один из самых опытных и уважаемых китайских дипломатов. В интервью CBS посол Цуй вопрошал: «Как можно верить сумасшедшим сообщениям о том, что вирус произошел в США, а не в Китае?» Позже в интервью для Axios посол подтвердил, что не поменял своего мнения.

Китайская риторика пока что продолжает балансировать между этими полюсами. Однако в любом случае в Пекине понимают — масла в огонь лучше не подливать. Руководство КНР уже собирает мнения ученых и исследователей из авторитетных мозговых центров о том, как лучше справиться со все более неблагоприятной ситуацией и улучшить имидж страны.

В обозримом будущем Китай продолжит «масочную дипломатию» — оказание гуманитарной помощи поставками необходимых средств защиты, отправкой врачей, онлайн-консультациями. Причем в ход идут ресурсы не только государства, но и частных компаний. Пекин уже отчитался о предоставлении помощи 82 странам, а фонд основателя китайского технологического гиганта Alibaba Джека Ма — более 150 странам. А с тех пор как Трамп грозится прекратить финансирование ВОЗ, Китай перечислил организации $60 млн.

Китай не допустит настоящего независимого расследования происхождения вируса на своей территории и будет методично давить на каждую страну, которая этого требует. Первым объектом такого подхода стала Австралия, экономика которой сильно зависит от КНР. Ведущая китайская газета «Жэньминь жибао» уже раскритиковала Австралию за то, что она пляшет под дудку США. Главный редактор китайского англоязычного издания Global Times Ху Сицзинь сравнил Австралию со «жвачкой, прилипшей к ботинку». Как и в прежние годы, когда политика Канберры вызывала недовольство Пекина, дело наверняка не ограничится заявлениями — в ход пойдут и меры экономического давления.

В этой ситуации России, которая официально поддерживает Китай в его борьбе против «политизации пандемии», стоит внимательно наблюдать за тем, как меняются внешнеполитическая философия и инструментарий все более уверенного в своих силах соседа.

https://www.rbc.ru/opinions/politics/30/04/2020/5ea9d6519a794770045da33f

Ющук Евгений Леонидович

«Это патологический бред» Интервью вирусолога Евгения Кунина, которое нужно отправить всем, кто дум

«Это патологический бред» Интервью вирусолога Евгения Кунина, которое нужно отправить всем, кто думает, что коронавирус создан искусственно

Один из самых цитируемых ученых в мире, вирусолог и специалист по эволюции геномов Евгений Кунин недавно выпустил с коллегами работу, в которой ученые описывают геномные вставки, характерные для наиболее опасных и патогенных разновидностей коронавирусов, в том числе для нового SARS-CoV-2. На фоне повсеместных дискуссий об искусственном происхождении вируса «Медуза» поговорила, пожалуй, с самым известным сейчас экспертом по эволюции геномов — о том, как все-таки появился новый вирус, что мы можем узнать о его происхождении из генома, а что нет, — и как ко всему этому относиться.

Сначала короткая версия

Евгений Кунин: Исследования генома ясно показывают, что никто искусственно эти вирусы не создавал. Любые подобные утверждения — это патологический бред. Мы можем встроить SARS-CoV-2 в генетическое дерево других коронавирусов, они эволюционировали совершенно нормально. Любое утверждение об обратном свидетельствует либо о недобросовестности, либо о безграмотности и патологическом интересе к конспирологии. Если же речь о том, что это природный вирус, который сбежал из лаборатории, то здесь наука бессильна: геномы на эту тему ничего сказать не могут — только следователи. Не надо обольщаться: мы не можем сейчас конструировать вирусы на компьютере — это слишком сложная система. Мы умеем что-то неплохо предсказывать, но без экспериментов в лабораториях не сможем создавать ни новых вакцин, ни противовирусных препаратов. Вставки в геноме, которые мы обнаружили, есть только у опасных коронавирусов вроде SARS и MERS, но возникли явно независимо в разных ветвях эволюции, а значит, зачем-то они нужны. Мы изучаем, как эволюционирует вирус, но пока вопросов больше, чем ответов.

Чем новый вирус интересен для биологов

— Вы занимаетесь биологией вирусов, их происхождением и эволюцией в самом широком смысле. Когда вы обратили внимание именно на этот новый коронавирус, когда стало понятно, насколько важная эта история?

— Честно говоря, я тут совершенно не могу похвастаться никакой проницательностью. Масштаб этой эпидемии, тем более пандемии, я не предсказывал для себя довольно долго, как минимум до конца февраля. И уж тем более до того, как все это случилось, я не предполагал заниматься исследованиями в этой области — здесь есть более узкие специалисты, которые лучше знают именно эту группу вирусов. Но в какой-то момент ситуация стала быстро меняться, и оказалось, что на фоне того, что происходит, довольно значительные силы и опыт нашей группы в области исследования вирусных геномов могут быть полезны. Речь не об эпидемиологии, о которой я не могу судить, а именно об исследовании вирусных геномов и их эволюции. Тут я могу себя считать специалистом, и мне показалось, что как-то помочь и поучаствовать в общей работе было бы правильно.

Помимо этого понятного мотива, здесь есть дополнительный, очень привлекательный для эволюционного биолога факт: сейчас прочитано более четырех тысяч геномов нового коронавируса, а всего разнообразных коронавирусов мы сейчас набрали больше пяти тысяч, так что для исследователей вирусной эволюции здесь есть не только большой вызов, но и существенные возможности для исследования.

— Когда вы начали смотреть прицельно на геном SARS-CoV-2, что уже было о нем известно? Из чего вы исходили, а что было неожиданным? Как появилось ваше исследование о геномных вставках, важных для тяжести заболевания?

— К этому моменту уже было известно кое-что интересное. Например, было уже замечено существенное сходство с панголиновыми вирусами, был замечен и сайт для протеазы фурина в S-белке, который, конечно, очень интересен и o котором нужно будет сказать отдельно.

Когда мы занялись этой темой, моя мысль пошла по простому, но все же чуть менее тривиальному пути, чем тот, который я видел в исследованиях генома SARS-CoV-2 до сих пор. А именно: я стал думать о том, можем ли мы обнаружить в геноме нечто, что объединяет только самые высокопатогенные вирусы и что отличает их от остальных коронавирусов. Тех, про которые однозначно известно, что они высокопатогенные, собственно, три: возбудитель «атипичной пневмонии» 2002 года SARS-CoV-1, новый SARS-CoV-2 и возбудитель ближневосточного респираторного синдрома MERS. Первые два, в общем, достаточно близкородственные, а MERS несколько другой, более от них удаленный.

Я решил поставить вопрос прямо и незатейливо: есть ли что-то, что объединяет эти разные, но высокопатогенные формы и отличает их от низкопатогенных? Последние тоже известны, они тоже вызывают некоторые респираторные инфекции, хотя и не серьезные. Когда вопрос был поставлен таким образом, мы сделали выравнивание аминокислотных последовательностей всех белков этих вирусов, выделили надежные части этих выравниваний и попросили методы машинного обучения (собственно, один — метод опорных векторов) найти для нас те особенности геномов, которые наиболее четко и надежно отличают высокопатогенные штаммы от низкопатогенных. Если, конечно, таковые особенности существуют — их могло и не быть. Особенности какого типа? Ничего таинственного, естественно. Это либо вставки и делеции, либо аминокислотные замены, которые повторяются в высокопатогенных штаммах и отсутствуют в низкопатогенных. Вот, собственно, и вся история нашего исследования. Но главное, что все это было сделано систематически и с некоторой гарантией того, что то, что мы обнаружили, — это наиболее надежные отличия.

Чем отличаются геномы высокопатогенных коронавирусов

— Представим, что у нас перед глазами весь геном SARS-CoV-2. Что вы в нем обнаружили? На какие участки обратили внимание? Чем новый вирус так отличается от остальных?

— То новое, что мы обнаружили, те участки генома, которые отличают высокопатогенные формы коронавируса от других, — это несколько вставок в двух разных вирусных белках. Они обнаружились, во-первых, в S-белке — том самом, который формирует шипы на поверхности вирусных частиц, из-за которых коронавирусы получили свое наименование. То, что потенциально важные участки нашлись именно здесь, в общем, вполне ожидаемо — ведь именно S-белок непосредственно связывается с «входными воротами» на поверхности клеток человека. Однако новые вставки обнаружились и в нуклеокапсидном белке, который находится уже внутри самой вирусной частицы. И это немного более неожиданно. Но давайте начнем с S-белка.

Вставки, которые мы нашли, имеются в геномах обоих SARS, MERS и их ближайших родственниках. А вот в слабопатогенных коронавирусах и их ближайших родственниках их нет. Но обратите внимание: MERS и эти два SARS находятся в разных ветках филогенетического дерева коронавирусов. И эти вставки, по нашим данным, возникли независимо в обеих этих ветвях. Независимость происхождения позволяет с большей уверенностью думать (в каком-то смысле надеяться), что они действительно непосредственно влияют на патогенность и, возможно, связаны со способностью этих вирусов переходить от животных к человеку. Конечно, для такого рода исследования было бы лучше (а для всех нас, конечно, хуже), если бы мы имели больше примеров высокопатогенных коронавирусов. Тогда наша уверенность в важности таких находок, конечно, была бы больше. Но пока мы имеем то, что мы имеем, — в любом случае находки получились довольно интересными.

Конкретно речь идет о трех коротких вставках в двух важных участках S-белка. Первый из них находится в субъединице S1, другой — в субъединице S2. Одна вставка расположена в непосредственной близости от того участка, который отвечает за слияние мембран вируса и хозяина, — в этом месте находится гибкий пептид, который образует подвижный «мостик» к остальной части белка. Этот мостик удлиняется обнаруженной нами вставкой, что явно повышает гибкость соединения. Это мы можем обоснованно предположить уже сейчас, хотя как конкретно это влияет на процесс слияния мембран, нужно изучать уже не на компьютере, а, как говорится, при помощи «мокрого» эксперимента.

Другая вставка, точнее даже — другие вставки, потому что они чуть разные в двух SARS и в MERS, — расположены в одной и той же части S-белка. В той, которая непосредственно взаимодействует с рецепторами на поверхности клеток человека. Важно отметить, что два SARS связываются с одним и тем же мембранным белком человека (ACE2), а вот MERS использует совсем другой белок. Так что естественно, что найденные вставки в разных линиях высокопатогенных коронавирусов разные. Как и в первом случае, они, конечно, тоже возникли независимо — вставочки-то короткие, но у них совершенно разные последовательности (у двух SARS близкие, а у MERS совершенно другие). Короче говоря, речь идет про вставки в той области, которая непосредственно взаимодействует с рецептором-мишенью, и мы видим по ее структуре, что эти вставки усиливают взаимодействие. Но опять-таки, чтобы утверждать это надежно, нужно этот вопрос исследовать экспериментально. В сложившейся ситуации нет никаких сомнений, что это будет исследовано, и подозреваю, что уже исследуется.

Теперь можно несколько слов сказать о нуклеокапсидном протеине. Он находится внутри вирусной частицы коронавирусов (и некоторых других вирусов) и связан непосредственно с вирусной РНК. У него есть любопытная особенность. Он содержит так называемый сигнал ядерной локализации NLS (nuclear localization signal — последовательность, которая обеспечивает белку «допуск» в клеточное ядро).

Так вот, мы обнаружили, что у высокопатогенных штаммов коронавирусов эти самые сигналы NLS становятся более, так сказать, «мощными», там накапливаются кластеры позитивных зарядов. От этого сигналы локализации становятся более эффективными.

Это прослеживается в двух группах высокопатогенных штаммов. Сразу говорю, что это выглядит очень убедительно, но зачем это нужно вирусу и что это реально меняет для течения заболевания, мы не знаем. Подозреваем, что идет более интенсивный трафик этого самого нуклеокапсидного белка между ядром и цитоплазмой зараженных клеток. Что он там конкретно делает, мы до сих пор не знаем, хотя такой участок у коронавирусов был обнаружен еще 20 лет назад. Но вот что не было известно до сих пор, так это то, что у высокопатогенных штаммов он значительно «сильнее», чем у остальных.

— Зачем вообще коронавирусам попадать в ядро? Они же все-таки РНК-вирусы, весь их жизненный цикл может проходить просто в клетке, в цитоплазме.

— Вирус гриппа тоже РНК-вирус, тем не менее у него некоторые важные этапы размножения происходят в ядре. Но для коронавирусов ничего подобного вроде бы не показано, и, в общем, действительно непонятно, зачем это им нужно. Нуклеокапсидный белок обнаруживается даже не просто в ядре, а в ядрышках — участках внутри ядра, где происходит формирование рибосом. В общем, это касается взаимодействия вируса и клетки, которые могут быть важными для патогенеза, но чем именно — мы пока не знаем.

Мутирует ли вирус — и как быстро

— К вопросу о патогенезе. Один из самых частых вопросов, которые я слышу по поводу коронавируса, касается того, насколько отличаются разные варианты вируса друг от друга. Насколько я понимаю, сейчас один конкретный изолят отличается от «родительского» уханьского штамма в среднем только 15 заменами на весь свой 30-тысячный геном, что дает скорость мутирования примерно в 24 нуклеотидных замены в год. Это много или мало? И второй вопрос: можно ли говорить о том, что разные варианты вируса как-то существенно отличаются друг от друга, или, по большому счету, это все одно и то же?

— Это совершенно правильные, но пока довольно сложные для ответа вопросы. Во-первых, в наблюдающейся скорости мутаций ничего выдающегося нет, она сопоставима с другими РНК-вирусами. И, например, меньше, чем, скажем, скорость мутаций в гемагглютинине вируса гриппа, который меняется довольно быстро.

Во-вторых, насчет того, «все ли изоляты — это одно и то же». Видимо, все-таки нет. Есть некоторые участки, в которых замены происходят часто, то есть, скорее всего, в них идет положительный отбор. Мы пока еще не понимаем, на что идет этот отбор, и сейчас пытаемся изучить этот вопрос систематически по всем генам — задача заключается в том, чтобы выявить позиции, в которых замены происходят чаще, чем предполагается нейтральной моделью эволюции. Пока рано об этом говорить, но почти наверняка ситуация не сведется к тому, что «это все одно и то же». Эволюция все-таки происходит, и наверняка есть штаммы, которые имеют более или менее высокий потенциал патогенности или трансмиссивности.

— Но как проходит эта эволюция? Есть такое расхожее мнение, которое в том числе можно услышать от экспертов, когда их спрашивают о мутациях в SARS-CoV-2. Мнение о том, что любой паразит со временем будет обязательно становиться более слабым, так как ему не выгодно убивать хозяина. Это так? Или, как полагает, например, эволюционист Алексей Кондрашев, это полная ерунда?

— Я бы сказал, что это не полная ерунда. Такой путь — путь снижения патогенности — вполне возможен. И, по-моему, Кондрашев, когда говорит серьезно, тоже признает, что на самом деле бывает по-разному, просто это не единственный обязательный путь, по которому идет эволюция.

Скажем так: самая примитивная мысль, которая может прийти в голову, когда размышляешь о вирусах, заключается в том, что «чем больше он убивает, тем для него лучше». Далее, на следующем витке размышления, возникает соблазнительная мысль, что дело обстоит ровно наоборот: зачем убивать хозяина, когда вместо этого можно размножаться подольше, выделяться в больших количествах и заражать других. Эта мысль уже не столь бессмысленная, но все же упрощенная. А дальше становится понятно, что все сильно зависит от плотности популяции хозяина, от исходной трансмиссивности, от стабильности вируса и механизмов его передачи — от всего того, что в отношении нового коронавируса пока недостаточно известно. В зависимости от всех этих параметров в эпидемиологических моделях можно получить результаты с точностью до наоборот.

Как известно, когда у модели больше пяти параметров, ею можно аппроксимировать слона, а если все семь, то его можно заставить махать хоботом. Здесь, вероятно, их как минимум столько, поэтому могут быть очень разные варианты эволюции.

Откуда появились геномные вставки и чем они необычны

— Вернемся к вставкам, которые вы нашли. Насколько я понимаю, они объединяют все высокопатогенные коронавирусы: и старые SARS и MERS, и новый SARS-CoV-2. А значит, обнаружить их можно было еще несколько лет назад, до того, как появился новый коронавирус. Получается, на них до сих пор просто никто не обращал внимания, я правильно понимаю?

— Да, все так, но в таком случае такая находка была бы менее убедительной. Когда у нас есть два высокопотагенных штамма, это все-таки в полтора раза меньше, чем три.

— Когда в гене происходит замена, это более-менее очевидная мутация. Полимераза, то есть белок, который копирует геном, в какой-то момент просто случайно ошибается, и вместо одной «буквы» в новой РНК появляется другая. А вот эти короткие вставки, которые вы обнаружили, откуда они в принципе берутся? Может, это глупый вопрос, но есть ли здесь какой-то специальный механизм, благодаря которому они возникают?

— Вопрос нисколько не глупый, а очень интересный. Самый простой ответ заключается в том, что это тоже ошибки РНК-полимеразы, но ошибки немного другого рода — то, что называется спотыкание, проскальзывание. В основном они возникают на микроповторах в составе РНК или ДНК. Когда полимераза встречает некоторый микроповтор (допустим, последовательность «AAAA»), она может соскользнуть с того нуклеотида, на котором она находится, проскочить назад и увеличить этот повтор в новой цепи, создав таким образом вставку. Затем эти вставки сами мутируют, последовательность меняется, и уже не поймешь, что они возникли именно по этому механизму. Проскальзывание полимеразы на микроповторах — это, я бы сказал, нулевая гипотеза. Но мы не можем исключить, что происходит что-то более интересное. Например, рекомбинация этих геномов между собой или с чем-то еще.

К слову, со вставками в SARS-CoV-2 есть еще одна вещь, которая, при всей своей простоте, еще не опубликована, мы о ней говорили очень вскользь. У нового коронавируса, как вы знаете, есть вставка фуринового сайта — 12 нуклеотидов, кодирующие четыре аминокислоты, которые могут распознаваться клеточной протеазой фурином. Эта вставка очень любопытная — она состоит почти исключительно из нуклеотидов G и C, в то время как сам вирус вполне АТ-богатый. В чем тут дело? Понятия не имею! Мы все ломаем голову и пытаемся с этим разобраться. То есть на базовом уровне механизм появления таких вставок понятен и изучен, но могут быть более интересные механизмы их возникновения, которые требуют дополнительных исследований.

Откуда все-таки взялся вирус и могли ли его сделать искусственно

Collapse )
Ющук Евгений Леонидович

Для тех, кто так и не понял, что у нас введен не режим самоизоляции, а режим повышенной готовности к

В несколько строк.
Для тех, кто так и не понял, что у нас введен не режим самоизоляции, а режим повышенной готовности к ЧС и что самоизоляция как часть правил поведения в этом режиме - законна.




https://profile.ru/society/chto-dumayut-yuristy-o-zakonnosti-rezhima-samoizolyacii-296759/
Ющук Евгений Леонидович

Моё мнение о будущей позиции Китая в "расследовании пандемии"

"Расследование" пандемии Ковида становится частью большой (очень большой политики).

Думаю, что по существу претензий в свой адрес Китай скажет примерно следующее:

"Мы сначала недооценили опасность. Но потом немедленно проинформировали ВОЗ и ввели карантин. Если вы там, на Западе, разгильдяи и профукали всё, не воспользовавшись ни нашим предупреждением, ни нашим опытом - сами себя и расследуйте"
Ющук Евгений Леонидович

Классическая логика не самого умного коммерсанта. Откровения владельца сети "Елисей", Екатеринбург

Владелец сети магазинов "Елисей" в Екатеринбурге фактически заявил, на мой взгляд, что бабло ему дороже общественной безопасности.

Что ж, прекрасно. Позиция понятна. Значит, надо просто закрыть его магазины - раз он не контролирует ситуацию в них и не способен обеспечить исполнение Указа Губернатора.
И держать их закрытыми до того момента, пока барыга не осознает, что лично для него намного выгоднее навести порядок с масками у покупателей.
Ну, раз он мыслит категориями личного барыша - надо и общаться с ним в этих категориях.

Владелец "Елисея" явно не тупее директоров киевских магазинов. Так что, быстро сообразит, что надо обеспечить соблюдение правил.

Или рассказывать о собственной несостоятельности ему придется в пустом магазине и под аплодисменты более вменяемых конкурентов.

--------

"Статистика показывает, что до вчерашнего дня половина покупателей заходила к нам без масок. И выгнать их из магазина мы не можем, это вызовет крайне негативную реакцию и потерю покупателя"
Владелец сети продуктовых «Елисей» Александр Оглоблин,
Цитата по е1.ru https://www.e1.ru/news/spool/news_id-69237487.html
Ющук Евгений Леонидович

Василий Ющук: ИНФОРМАЦИОННАЯ АТАКА: ВЫЖИТЬ, ПЕРЕЖИТЬ, ПОБЕДИТЬ. Краткое практическое руководство...

«ИНФОРМАЦИОННАЯ АТАКА: ВЫЖИТЬ, ПЕРЕЖИТЬ, ПОБЕДИТЬ. Краткое практическое руководство по защите от «чёрного PR». Василий Ющук


Вышла из издательства и поступила в продажу книга Василия Ющука «ИНФОРМАЦИОННАЯ АТАКА: ВЫЖИТЬ, ПЕРЕЖИТЬ, ПОБЕДИТЬ. Краткое практическое руководство по защите от «чёрного PR».

О книге:









Collapse )