Ющук Евгений Леонидович (yushchuk) wrote,
Ющук Евгений Леонидович
yushchuk

Categories:

Следственный комитет проигрывает информационную войну в Екатеринбурге

Следственный комитет проигрывает информационную войну в Екатеринбурге – то ли либералам, то ли обществу в целом
Впрочем, есть версия, что пиарщикам свердловского СК просто нечего сказать. Ведь, «подставить» государственную власть накануне выборов и отмалчиваться – это нонсенс, но именно такая новелла в отношениях силовиков с обществом развивается в Екатеринбурге

Поразительная ситуация складывается, на наш взгляд, в Свердловской области у Следственного комитета. Яркая, понятная населению работа по расследованию стрельбы в цыганском поселке на улице Депутатской уравновешена (если это слово применимо к неудачам) невнятными действиями по привлечению к ответственности блогера Соколовского, который прославился ловлей покемонов в Храме на крови.

Впрочем, расскажем по порядку о ситуации на момент выхода этого материала.

Покемоны начинают – и…

Молодой блогер из Екатеринбурга Руслан Соколовский, желая популярности, отправился в православный Храм на крови и там поиграл в покемонов. С технической точки зрения, данная игра определяет местонахождение игрока, загружает актуальную карту местности в телефон и случайным образом расставляет покемонов на экране, в привязке к этой местности вокруг игрока. Игрок физически идет к точке, где есть покемон и охотится на эту зверушку на экране телефона.

Таким образом, внешние проявления можно описать словами «достал телефон, сделал несколько движений по экрану и убрал телефон». Т.е., нет принципиальной разницы между чтением смс-сообщений и ответами на них и игрой в покемонов, с точки зрения окружающих. В принципе, и то и другое – штатное использование мобильного телефона.

Блогер рекламировал эту свою игровую сессию, и на фоне популярности игры на него обратили внимание. Тем более, что незадолго до этого некоторые депутаты выражали озабоченность тем, что покемонов могут ловить в храмах, на кладбищах, в больницах или на военных объектах. На таком медийном фоне рассказ блогера о ловле покемонов в церкви не мог пройти незамеченным.

Однако доступ в церковь открыт всем желающим, мобильные телефоны на входе не изымают, сигнал телефона в церкви, насколько известно, не глушат. Поэтому, сам факт игры на телефоне, если это недолго, нешумно и незаметно, скорее всего, может остаться без последствий для игрока и для окружающих его людей.

Затем история затихла на несколько дней.

Как впоследствии выяснилось, силовики обратили внимание на скандальный поступок блогера и потратили эти несколько дней на изучение его видеоканала, а также издаваемого им провокационного журнала.

Эти исследования дали результат: и в видеороликах, и в журнале обнаружились моменты, которые даже непосвященному в юриспруденцию человеку однозначно покажутся экстремистскими.

Силовики провели обыск у блогера дома и на рабочем месте.

А вот далее начались странности.

Во-первых, суд по избранию меры пресечения для блогера был закрытым. Сам блогер впоследствии предположил, что тем самым силовики пытались избежать огласки.

Прав блогер в своих предположениях или нет – неизвестно, но причины закрытого режима суда были непонятны журналистам, те исходили в итоге из имеющейся у них информации — и в результате блогер Соколовский стал не тем, «который делал экстремистские ролики и экстремистский журнал», а тем, «который ловил покемонов». Во-вторых, блогера обвинили не только в экстремизме, но и в оскорблении чувств верующих. Но в России немало людей, воспитанных в советских традициях отношения к религиям. Кроме того, обывателям непонятно, как определить, кто достаточно верующий, а кто нет, и тем более – насколько искренне этот верующий оскорбился. Естественно, многие люди заговорили о вероятных перегибах в сторону верующих и о незащищенности атеистов.

Тут бы пресс-службе Следственного комитета объяснить, что на самом деле происходит. Но она молчала, отдав таким образом, информационное поле своим оппонентам всех мастей и просто слухам, сплетням, и домыслам.

Усугубила это положение мера пресечения, избранная блогеру Соколовскому – его отправили в СИЗО. Многие тут же вспомнили, что даже за насильственные преступления людей нередко отправляют под домашний арест или под подписку о невыезде.

В сочетании с закрытостью судебного заседания и с обвинением в оскорблении чувств верующих за – как полагали журналисты – ловлю покемонов это, как говорится, подлило бензина в костер.

Немедленно стала множиться критика в духе «человека закрыли в СИЗО за ловлю покемонов, потому что непонятно кто обиделся».

Из-за бездействия пресс-службы СК, которая единственная и могла дать разъяснения, сбив накал страстей, блогер Соколовский стал стремительно превращаться в «узника совести», российские власти – в «кровавый режим», а сам скандал стал международным после вмешательства правозащитных организаций и Ходорковского.


Блогер Соколовский в наручниках и под конвоем. Фото znak.com
Отправка Соколовского в СИЗО создала ему образ мученика, и была тоже использована им для самораскрутки.
znak.com: «Соколовский передал на волю шутливую записку, из которой видно, что он не теряет чувства юмора»


С опозданием в пару суток, пресс-служба свердловского Следственного комитета решила прервать обет молчания хотя бы частично. У топового блогера Сергея Колясникова (Zergulio) появилась некоторая дополнительная информация, которая дискредитировала блогера Соколовского (есть мнение, что это был контролируемый слив и, возможно, его сделал не Следственный комитет).
Примерно тогда же СК пояснил, что в СИЗО блогер отправился не потому, что он считается кровожадным упырем, опасным для общества, а потому, что он прописан в другой области, живет на съемной квартире и его просто некуда отправлять под домашний арест.

Правда, после этого сторонники блогера нашли ему жилье, и он вышел из СИЗО. Но, хотя бы, явное несоответствие (по мнению публики) меры пресечения известным на тот момент масштабам содеянного перестало накалять обстановку.

Однако страсти улеглись ненадолго.

«Профессиональный оскорбленный» с привычкой ко лжи и самопиару

Когда блогера Соколовского выпускали под домашний арест, его защитники обнародовали информацию, которая взорвала информационную повестку похлеще, чем первая мера пресечения блогеру.

Особенно сильно возмущались журналисты – причем журналисты ведущих изданий.

В СМИ попала информация о том, что в деле блогера есть показания «оскорбившегося верующего» Максима Румянцева. Эти показания немедленно окрестили «доносом», и вот почему.

Проблема в том, что господин Румянцев к этому времени уже успел засветиться в ряде неприглядных историй, ставящих, по мнению пользователей соцсетей, под сомнение и степень его уверования, и реальность его «оскорбленности».

Во-первых, пресса немедленно напомнила, что Румянцев Максим Моисеевич уже писал заявление как оскорбившийся верующий. Речь шла о ритуале, который некто Симаков проводил  Екатеринбурге. Зрители видели умерщвление петуха под заклинания. А сам Симаков утверждал, что, он – магистр Вуду, а его действия – ритуал, направленный на причинение вреда президенту Украины Порошенко. Бдительный Румянцев узрел, однако, в этом ритуале использование ткани, в которой он признал предметы православного культа. Последовало заявление в правоохранительные органы – и «магистр Вуду» в итоге отбыл, по словам СМИ, на принудительное психиатрическое лечение.


«Магистр Вуду» Симаков перед ритуалом с петухом, который довел его до психиатрической лечебницы. Фото ura.ru


Неудивительно, что очередное возникновение «оскорбившегося» Румянцева в истории с покемонами было воспринято как новая попытка самопиара Румянцева.

В минус Румянцеву сыграл и тот факт, что он уже «отметился» в нескольких нелицеприятных историях.

Среди наиболее часто упоминаемых – эпизод о том, как Максим Румянцев публично заявлял, что ему сожгли баню, потому что он борец за правду. При этом Румянцев называл конкретного человека, подозреваемого им в сожжении бани.

Однако, как впоследствии было установлено, баню Румянцеву не сжигали. Даже признаков поджога в ней не нашли, хотя их искала целая специализированная лаборатория МЧС. Был «прогар с области дымохода» внутри бани, при отсутствии следов криминального проникновения в нее. В общем, если баню неправильно построить и неправильно эксплуатировать, то такое случается.

Фото вверху — «сожженная» баня Румянцева, наутро после «сожжения». На крыльце — Румянцев и пожарный инспектор.

Фото внизу — прогар в области дымохода внутри бани. Непосредственно перед появлением прогара баню много часов эксплуатировали. Отсутствие поджога и причины самовозгорания подтвердила экспертиза МЧС. http://atig66.blogspot.com/2016/07/blog-post_11.html

Не менее некрасиво смотрится и другой эпизод. Максим Румянцев заявлял, что его таранили автомобилем (тоже за любовь к правде), из-за этого ДТП он перенес операцию и долго ходил с палочкой, а виновник ДТП скрылся с места происшествия. Румянцев даже пытался возбудить уголовное дело против своего обидчика.

Однако затем выяснилось, что Румянцев, мягко говоря, исказил действительность: у него не оказалось никаких повреждений, которые могли бы иметь отношение к ДТП, которое он описывал, а операция была плановой – в связи с застарелой проблемой в коленке, которая была таковой задолго до описанных им событий. В возбуждении уголовного дела Румянцеву было отказано, а вот к ответственности за ложный донос его не привлекли. Административное дело по мнимому ДТП прекратили ввиду отсутствия ДТП, при котором появились бы пострадавшие люди, или поврежденные транспортные средства, и иные объекты.
Однако водительские права у водителя, на которого Румянцев возлагал вину, уже успели к тому времени отобрать, причем вернуть их, в связи с вновь открытыми обстоятельствами, оказалось невозможно – нет в российском законодательстве таких возможностей по «административке».

Административное дело по событиям, которые Максим Моисеевич Румянцев представляет как наезд на него с причинением ему травм, было прекращено, ввиду отсутствия состава административного правонарушения — потому что судмедэксперты достоверно установили, что у Румянцева никаких травм, связанных с этим якобы ДТП, не было. А значит, не было ни ДТП, ни оставления места ДТП. Фото: http://atig66.blogspot.hu/2016/07/blog-post_24.html (и там же эта история в документах подробно)

Зная все это, Румянцев продолжал рассказывать о том, как его таранили машиной. Более того, согласно сообщениям в СМИ, он получил 300 тыс. рублей от ОНФ «за сюжет с фальшивым наездом».

Зная все это, становится понятно, почему возмутились журналисты, увидев, что «оскорбившийся верующий» — это все тот же Румянцев.

Фото из блога http://yushchuk.livejournal.com/489912.html


Но на этом странности не закончились. Когда крупный, авторитетный информационный портал 66.ру спросил у Румянцева, как он оказался человеком, который рассказал под протокол о своей оскорбленности, тот пояснил, что сделал это по просьбе Следственного комитета и высказал предположение, что Следственному комитету просто нужен был пиар.

Скриншот материала на портале 66.ru

Не надо быть гением пиара, чтобы спрогнозировать, что в вопросах к свердловскому СК стали появляться нотки о возможном фабриковании уголовного дела  — по крайней мере, по статье об оскорблении верующих. Тем более, что покемонов блогер ловил в храме (но за это ему претензий не предъявили), а вот ролики, за которые ему предъявляют претензии, он размещал не на религиозной площадке, а в Ютубе.

Пресс-служба Следственного комитета не сочла нужным внятно прояснить вопросы, которые возникли в связи со всеми этими событиями, вероятно, предпочитая оставаться сторонним наблюдателем.

Все бы ничего, только, на наш взгляд, Следственный комитет – это часть государственной власти, а та самая общественность, которая, ввиду молчания пресс-службы Свердловского СК, пребывает в недоумении и вынуждена делать выводы на обрывках информации – это избиратели. И задача любой власти – сделать свои действия понятными для избирателей. Будь это не так – можно было бы существенно сэкономить государственный бюджет, ликвидировав пресс-службы.

Почему в таком случае пресс-служба в штате есть и зарплату, вероятно, получает исправно, а общественность не может получить внятных ответов ан поставленные вопросы – непонятно.

Картина, в которой единственным, кто дал показания на блогера как оскорбившийся верующий, может оказаться человек, замеченный в тех безобразиях, которые мы показали выше (и нарушающих, на наш взгляд, в том числе основные принципы поведения верующего христианина), вряд ли может считаться нормальной.

Молчание пресс-службы – потому что нечего сказать? Или потому что она выше общественного мнения?

Прежде всего, отметим, что работа по разъяснению действий Следственного комитета важна настолько, что существует Приказ по СК, закрепляющий важность информирования и разъяснения по работе СК. Это задумано делать, в контексте формирования положительного образа Следственного комитета у населения и повышения доверия к Следственному комитету. Особое внимание уделено резонансным делам.

Таким образом, попытки СМИ получить от пресс-службы свердловского СК внятную информацию по непонятным вопросам соответствуют не только здравому смыслу, а также духу и букве ведомственного Приказа.

Приказ за подписью Председателя Следственного комитета Российской Федерации генерал-полковника юстиции А.И.БАСТРЫКИНА подтверждает необходимость объяснения действий СК населению и СМИ, в особенности по резонансным делам. Повышение доверия населения к СК и к власти в целом настолько важно, что это закреплено в нормативных актах.

Интермонитор направил вчера днем несколько простых вопросов, которые могли бы прояснить ситуацию. Мы направили их Александру Шульге непосредственно, а также по официальному адресу электронной почты.

Вот эти вопросы:

Добрый день.

Просим  оперативный  комментарий в течение сего дня по следующим вопросам.


  1. У нас есть информация, что Максим Румянцев был не единственным свидетелем, которого допросил СК по делу Соколовского. Это действительно так? Если да — подтвердили ли остальные свидетели мнение об оскорбительности для верующих роликов Соколовского и его ловли покемонов в Храме?


  1. По какому принципу эти люди отбирались в свидетели, которых вызывал СК?


  1. В курсе ли СК, что М.М. Румянцев совершал ранее поступки, которые вполне можно трактовать как  попытку фальсификации уголовных дел и заведомо ложных  заявлений  о подозрении в совершении гражданами преступлений и правонарушений?

С уважением,
Евгений Ющук,
Главный редактор Интермонитора

Оперативного комментария мы не получили.

Нет возможности также связаться и с Максимом Румянцевым, дабы поинтересоваться, какие меры он, как верующий православный, принял, в связи с тем, что, по сути, возводил поклеп на человека.
В системе воспитания верующих в Православии, как нам пояснили эксперты, есть ряд мер, направленных на корректировку девиантного поведения верующих. Часть из них верующий может применить к себе сам, часть может применить к нему Церковь.
Но, к сожалению, господин Румянцев еще раньше заявил, что не понимает главного редактора Интермонитора в устной речи, и заблокировал возможность обратиться к нему письменно – так что, возможность и результативность корректировки господина Румянцева по линии Православия пока нами не прояснена.

А вот с молчаливой пресс-службой свердловского СК, на наш взгляд, ситуацию прояснить проще: мы отправим этот наш материал Руководителю управления взаимодействия со средствами массовой информации СКР Владимиру Маркину, с просьбой ответить на поставленные перед его подчиненными, но оставшиеся без ответа вопросы. В принципе, это стандартная практика – начальнику работать за подчиненных, если они сами не справляются.

Мы отправим также этот материал руководителю СКР Александру Бастрыкину, с просьбой дать оценку на данный момент и по данному вопросу работе подчиненной ему структуры, которая из явно полезного для общества и выигрышного дела, при наличии признаков реально совершенных преступлений, умудрилась допустить развитие международного скандала — во многом, по причине неудачного выбора «свидетеля» и неспособности сделать понятными для общественности свои действия.

Евгений Ющук, Интермонитор


Tags: Александр Бастрыкин, Александр Шульга, Блогер Соколовской, Ведомственный PR, Владимир Маркин, Евгений Ющук, Екатеринбург, Защита верующих, Максим Румянцев, Покемоны, Профессиональный оскорбленный, Следственный комитет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments